КОРНЕЙЧУК Б.В. ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ ВО ВРЕМЕННОМ ИЗМЕРЕНИИ.
СПб.: Изд-во СПбГПУ, 2003. – 92 с.

Каждая экономическая теория базируется на той или концепции человека. У экономистов-классиков человек рационален и эгоистичен, у социалистов — он, наоборот, склонен к бескорыстным коллективным действиям. У маржиналистов человек стремится лишь к наслаждениям, у институционалистов он способен добровольно отказаться от наслаждений, следуя общественным традициям, и т.д.

Та или иная концепция человека возникает далеко не случайно, поскольку она является отражением доминирующей в обществе системы ценностей, которая, в свою очередь, формируется в конкретных экономических условиях. Так, в XVIII в., когда доминирующей формой экономической жизни был обмен между противостоящими друг другу мелкими производителями, совершенно естественным образом возникла и получила всеобщее признание концепция человеческого эгоизма, свободной конкуренции, невмешательства, «невидимой руки» и т.д. Во второй половине XIX в., когда в результате бурного развития производительных сил многочисленные слои общества получили доступ к предметам удобства и роскоши, в центр экономической науки была поставлена маржина-листская теория полезности, утверждающая наслаждение в качестве главной цели человека. С усилением влияния нерыночных факторов в экономике (монополий, профсоюзов и пр.) в начале XX в. получил развитие институционализм, отрицающий абсолютизацию эгоистических и гедонистических мотивов человека и выдвигающий на первый план воспитание, традиции, мораль и т.д.

Вторая половина XX в. - мирный период развития человечества, когда технологии производства сменялись невиданно высокими темпами. В итоге к концу века в развитых странах информационные технологии приобрели столь важную роль в экономике, что ученые-обществоведы обоснованно заговорили о движении человечества к принципиально новому типу общества - информационному обществу.

Наблюдаемый в настоящее время переход к информационному обществу вызывает объективную необходимость создания новой, информационной концепции человека. Одна из первых попыток создания такой концепции была предпринята Г. Беккером в книге «Человеческий капитал» (1964). Революционное значение этой книги состоит в том, что в ней впервые методами теоретико-эмпирического анализа было исследовано влияние фактора образования на уровень доходов работников. Автором впервые было доказано, что умственный, или «информационный», труд более продуктивен по сравнению с простым, ручным трудом.

Вместе с тем Беккеру не удалось создать принципиально новую концепцию человека. Мотивы и цели человека, вкладывающего деньги в свое образование, остались теми же, что у экономистов классической школы - получение максимального дохода, или, точнее, максимальной доходности инвестиций. Тем самым человек рассматривается Беккером лишь как некоторый «станок», или некоторый капитальный актив, вложение денег в который обеспечивает в будущем определенный поток доходов. Этот «станок», отождествляемый с человеком, представляет собой человеческий капитал в трактовке Беккера. То обстоятельство, что образование все чаще служит самоцелью человека, а не только средством получения доходов, вовсе не учитывалось в теоретических рассуждениях автора.

Вслед за Беккером многие экономисты обращались к проблеме роли человека в современном информационном обществе. Их работы, как правило, опирались на понятие человеческого капитала. Это понятие, которое исторически стало первым специфическим термином нарождающейся экономической теории информационного общества, не может обойти ни один исследователь, ставящий перед собой цель создать новую концепцию человека.

В данной книге предложена новая концепция человека в информационном обществе. Ее суть заключается в том, что конечной целью человека является не доход или наслаждение, а высшая деятельность, которая отличает его от животного мира. Человек ценен для общества своей реализованной способностью к мыслительной и духовной деятельности, к творчеству. Чем сильнее развита эта способность, тем в большей степени он является собственно человеком. Реализованную способность к высшей деятельности, мышлению, творчеству мы называем человеческим капиталом.

При таком подходе продуктом человеческого капитала являются не материальные блага или поток доходов, а сама высшая деятельность человека. Если доход измеряется в денежных единицах, а наслаждение - в гипотетических единицах полезности, то высшая деятельность - ее продолжительностью во времени. Таким образом, сам человеческий капитал и поток порождаемых им благ имеют одну и ту же социально-экономическую сущность и измеряются в одинаковых единицах — в единицах социального времени.

Из сказанного ясно, почему мы назвали свою концепцию теорией человеческого капитала во временном измерении. Остановимся на теоретических и методологических основах этой концепции.

Естественно-научной и философской основой нашей концепции служит теория ноосферы русского ученого В. И. Вернадского. Еще в середине XX в. он показал особую роль высшей мыслительной деятельности и творчества в развитии общества, предсказал переход человечества в принципиально новое состояние, которое мы сейчас называем информационным обществом. Как отмечал Вернадский, «в последние тысячелетия наблюдается интенсивный рост влияния одного вида живого вещества - цивилизованного человечества — на изменение биосферы. Под влиянием научной мысли и человеческого труда биосфера переходит в новое состояние - в ноосферу» [6, с. 19].

Теоретико-экономической основой нашей концепции можно считать теорию производительных сил немецкого экономиста Ф. Листа, который в середине XIX в. одним из первых признал производительным умственный труд, высказав утверждение, что умение создавать богатство важнее самого богатства. Как писал Ф. Лист, «те, кто разводит свиней ..., конечно производительны, но в несравненно большей степени производительны воспитатели юношества.... Первые производят меновые ценности, вторые создают производительные силы» [17, с. 193].

Методологической основой нашей концепции служат положения школы институционализма. Мы разделяем принципиальную позицию институционалистов в том, что поведение человека определяется системой усвоенных ценностей и традиций. Поэтому оно исторично по своей природе и не может описываться в разные эпохи и в разных странах неким универсальным целевым показателем, таким как доход или полезность. Такой подход позволяет разделить понятия «эмоциональная цель» и «осознанная цель». Если в некоторые моменты жизни человек следует эмоциональной цели (например, при покупке мороженного в жаркий день), то при принятии серьезных решений он следует осознанной цели, которая далеко не всегда связана с положительными эмоциями. Поэтому выбор в пользу продолжения образования совсем не обязательно связан с благоприятными финансовыми последствиями этого шага, а обычно основан на убеждении в положительном влиянии образования как такового на будущую жизнь человека.

Аналитической основой нашей концепции служит метод геометрического представления капитала, который применялся в работах У. Джевонса и К. Викселля. Суть метода состоит в трактовке объема наличного капитала в качестве «ширины», а срока службы капитала - в качестве «длины».Тогда полезный объем капитала выразится площадью прямоугольника с соответствующими сторонами. Метод Джевонса-Викселля весьма органично вписался в нашу концепцию человеческого капитала, поскольку в нем используется временная характеристика капитала. Это позволило нам разработать аппарат эмпирических исследований человеческого капитала и успешно применить его при расчете объема человеческого капитала России.

Достоинством нашей концепции человеческого капитала является то, что в ней определен и обоснован количественный показатель, который служит целевым показателем для человека в информационном обществе. Этим показателем является социальное время, т.е. время, в течение которого человек занят высшей деятельностью. Понятие социльного времени лежит в основе определения таких базовых понятий экономической теории как благо, потребление, человеческий капитал, благосостояние и пр.

В рамках концепции социального времени стало возможным учитывать те цели человека, которые не вписываются в традиционную теорию человеческого капитала Беккера. Важнейшими из них являются здоровье и социальный статус. Хотя Беккер включал здоровье в понятие человеческого капитала, он не смог интегрировать проблемы здоровья свою теоретическую конструкцию. Это выразилось в подзаголовке его книги «Человеческий капитал», который можно перевести как «Теоретико-эмпирическое исследование с акцентом на образование». Вместе с тем здоровье необходимо человеку не меньше чем образование, причем в какой бы концепции не рассматривался человек: в беккеровой или нашей. Образование, здоровье и социальный статус мы рассматриваем и моделируем как равноправные факторы человеческого капитала. Отдельно рассматривается семейный статус как частный случай социального статуса. В эмпирической части работы показан способ учета семейного фактора при расчете объема совокупного человеческого капитала страны.

Структурно работа состоит из трех частей. В первой главе изложены теоретические и методологические основы концепции социального времени, разработан терминологический аппарат исследования, предложены модели общего равновесия, основанные на критерии максимизации совокупного социального времени. Во второй главе определено понятие человеческого капитала в рамках концепции социального времени, предложены методы количественной оценки человеческого капитала, модели инвестирования в человеческий капитал. В третьей главе разработан и апробирован алгоритм расчета объема человеческого капитала России, определен ряд новых статистических показателей, произведен расчет объема человеческого капитала всех субъектов федерации и России в целом в 2001 г. Практическая применимость теоретических выводов работы является, на наш взгляд, серьезным аргументом в пользу обоснованности концептуальных положений предложенной теории человеческого капитала.